Жанры
Загрузка...

Вершина мира. Книга вторая

Глава 4

Мир был в багровых тонах, теплый и очень спокойный. Иногда его тишину прерывали гулкие и ужасно далекие звуки не поддающиеся точному определению. То ли разговоры, то ли шаги, но эти звуки тоже были неспешными и отвлекаться на них от вселенского спокойствия совершенно не стоило. Не было холода, спешки, напряжения и тела тоже не было. Нет, пожалуй, тело было, но очень легкое, почти невесомое. Может так и выглядит смерть? И если да, то стоит ли бороться за жизнь? Может, вот так оно и лучше? Покачиваться на багряных волнах багряного моря и всматриваться широко отрытыми глазами в багряное небо, подсвеченное отблесками заката? И не надо спешить. И можно подумать. О чем-нибудь большом, светлом и чистом, о том, чего так не доставало в жизни, и чего так безумно хотелось. И вывести на досуге парочку законов жизни человеческой, незыблемых, как Пифагорова теорема, идущих через века и тысячелетия, и удивляться все оставшееся тебе время, почему не додумалась раньше до такой простоты…

Но посреди умиротворенного спокойствия вдруг возникла тревога. Зудящая и не отпускающая, как зубная боль. Я о ком-то забыла. О ком-то дорогом, без которого незачем жить. Он ждет и, скорее всего, остро нуждается в моей помощи, а я… пора отсюда выбираться. И не имеет значения, где я. Я выберусь. Я приду к тебе на помощь, как приходила всегда, вытаскивая из самых невероятных передряг наплевав на собственную безопасность. Я выберусь. У меня нет другого выхода…


…Жизнь для герцога Тауринского, какого-то графа и еще к тому же виконта, Куприна началась с бодрого попискивания аппаратуры, приглушенных голосов, преимущественно женских и отдаленного шарканья ног. Влад открыл глаза и огляделся. Малюсенькая комнатушка без окон, выкрашенная кое-где облупившейся голубоватой выцветшей от времени краской, тумбочка, на которой громоздится устрашающий аппарат, издающий то самое попискивание, толстая труба над головой с прикрепленным к ней пакетом, наполовину заполненным прозрачной жидкостью. К пакету пластырем приклеена трубка, нацелившаяся в потолок сверкающей иголкой.

Влад перевел взгляд на потолок и подивился грязно-желтым разводам, расплывшимся по нему. Глаза опустились, обследовали пол с потертым коричневым покрытием неизвестного происхождения. Все больше удивляясь перевел взгляд на себя. Он лежал на низкой железной кровати, с потускневшими никелированными спинками, накрытый тонким одеялом, вдетым в застиранный, некогда голубой пододеяльник. Влад отвернул край одеяла, из одежды только короткая распашонка, застегнутая на шее единственной пуговицей. На подоле скудной одежки, как и на пододеяльнике, виднелся вытертый от многочисленных стирок черный прямоугольник печати. Буквы безнадежно истерлись и расплылись, так что прочитать что-либо было невозможно. Из наблюдений мужчина сделал блестящий вывод, что находится в больнице.

Вот только бы теперь узнать, на какой планете и как он сюда попал. Самому доискаться до подобных ответов не представляется возможным из-за недостатка информации, остается только терпеливо дожидаться появления кого-нибудь из медицинского персонала и выудить ответы на все интересующие вопросы. Последнее, что помнил, до того, как на него навалилась кромешная темнота, это темно-вишневые стены своего кабинета на последнем этаже высотного здания холдинговой корпорации «Мега».

Чувствовал он себя уже не так мерзко, как до поступления в больницу, но и не настолько хорошо, чтобы самостоятельно встать с постели. Точнее он попробовал сделать это, но голова закружилась, мир съехал куда-то в сторону, а ноги и руки начали мелко дрожать. Влад откинулся на подушку и решил повторных попыток пока не предпринимать. Собственная беспомощность бесила ужасно, но поделать с этим ничего нельзя было, так что пришлось смириться и ждать.

Ждать пришлось довольно долго, но, сколько именно он сказать не мог, нигде на стенах не было часов, а его наручные часы отсутствовали. Очевидно, сняли при поступлении в больницу. О том, что часы кто-то мог просто украсть, думать не хотелось, это единственная вещь, что осталась у него от прошлой жизни, когда он обретался на космической станции «Алкиона» в непрезентабельной роли раба одной из обитательниц этой самой станции. Влад поерзал на жесткой комковатой подушке, удобнее устраивая гудящую голову и закрыл глаза. Непонятно откуда приползла усталость, навалилась, придавила и нагнала тяжелую дрему.

Влад вздрогнул и открыл глаза, когда совсем рядом хлопнула дверь. К нему подошла хмурая девушка, зябко кутавшаяся в халат, небрежно наброшенный поверх измятой, застиранной больничной формы оливкового цвета. У Ани была новенькая, всегда аккуратно выглаженная форма, нежно-голубого цвета, с глубоким вырезом на рубахе, очень похожая на пижаму, совсем некстати вспомнилось Владу.

– Здравствуйте, – стараясь быть вежливым, прохрипел Влад, не узнавая собственного голоса.

– Очнулся, – констатировала девушка, не то чтобы неприязненно, но и без особого участия. Она отключила аппаратуру и освободила его от проводов.

– Да, – согласился он, будто оправдываясь, – очнулся.

– Хорошо, – безразлично пожала она плечами и направилась к выходу.

– Эй, подождите, – позвал Влад и даже приподнялся на локте, отчего тут же закружилась голова, понимая, что если она сейчас уйдет, никто не ответит на его вопросы, – а где я?

Загрузка...

knigek.net@gmail.com